Амальград форум - арабская, персидская, ближневосточная культура

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Мунис Хорезми

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Шермухаммед Авазбий-оглы Мунис Хорезми.
Хивинский  поэт-лирик, историк, каллиграф, педагог, государственный деятель.
Родился 1778 году близ Хивы, знатной семье мираба - «распределителя воды».
Получил очень хорошее образование. Учился в медресе. Был приглашен ко двору
хивинских правителей, где занимался преподавательской деятельностью.
После отца унаследовал придворную должность мираба. Мунис Хорезми принимал
участие в военных походах Эльтузар-хана и Мухаммед-Рахим-хана I.
В 1804 создал стихотворный труд по арабской каллиграфии «Саводи талим»
(«Обучение грамоте»), где охарактеризовал роль письма в овладении знаниями,
сформулировал общие требования к учителю. Привел этапы практического обучения
каллиграфии, описывая формы букв, для примера часто использовал наглядные
образные сравнения. В Узбекистане этот труд считается первым национальным
сочинением по педагогике, который впервые был издан в 1875 в Хиве.
По повелению Эльтузар-хана Мунис Хорезми создает знаменитую историческую
хронику «Фирдавс-уль-икбал» («Сад благоденствия»), в которой сделал исторический
обзор крупнейших событий хорезмского ханства с древнейших времен до 1812 года.
Мунис Хорезми, обладал ярким поэтическом даром. Он был один из первых поэтов,
кто затронул в своих произведениях просветительскую тематику, которая заняла
решающее место в узбекской поэзии рубежа XIX и XX вв.
Умер Мунис Хорезми 1829 году во время холерной эпидемии.
Поэтическое наследие Муниса Хорезми состоит из большого Дивана
(сборника стихотворений) который насчитывает 9500 бейтов.

***

Был несравненный Низами жрецом пути святого мне,
Муж, равный Хызру, сам Джами — заветных дум основа мне.

Восторгом чародей Хосров прожег мне душу до основ,
И сладостнее вечных слов — его звучало слово мне.

И Ансари сладчайший слог меня к усладной речи влек:
Речь его, как медвяный сок, в уста текла медово мне.

Хафиз — ширазский соловей помог мне мудростью своей,
И были высших тайн мудрей заветы мудрослова мне.

Мне каждый миг дарил Аттар дыханье благовонных чар,
И был тот благовонный дар хмельней вина хмельного мне.

Был дух Фирдоуси со мной, и расцветал я, как весной,
Стих Хакани из неземной страны был вестью зова мне.

И, светом Анвари согрет, впитал душой я его свет,
И Саади был много лет возвестником благого мне.

Мне преподавшим страсти пыл сам Ираки смиренный был:
Дух, что мужей любви томил, стал внятен с полуслова мне.

И по Бедилю я постиг, как должен быть богат язык,
И мысль его я чтить привык: была в ней твердость крова мне.

Когда мне не давалась речь, я думал: «Мысли не перечь
Дух Навои стремись привлечь!»— и помощь была снова мне,

Мунис, не диво, если ты стиху дал прелесть красоты:
Сокрыт ли, явен смысл мечты, дух Кирами — основа мне.

перевод Иванова С.Н.

2

Не ветром ли склонен тюльпан, промчавшимся стрелой,
Иль это фокусник-цыган играет пиалой?

То — гиацинтовых стеблей на розу пала тень
Иль на челе твоем — кудрей волнующийся слой?

Твой лик увидел ли я вдруг в сплошном кольце кудрей
Иль это блещет лунный круг, обвитый черной мглой?

О лике я грущу твоем, но роза — вся в шипах,
И стонет сердце соловьем о радости былой.

Как вешний сад, твой лик цветущ, а твой игривый взор
Мелькает среди вешних кущ газелью удалой.

О том, как ты весной цветешь, вовек мне не сказать,
Все лепестки заполнив сплошь стихами с похвалой.

Мунис с тобой быть рядом рад, но льет он реки слез —
Как будто бьющий розы град летит из тучи злой.

перевод Иванова С.Н.

3

Высокой дружбы есть закон, и любят пыл бесед друзья,
Но злой круговорот времен приносит только вред, друзья.

Враждебны рока острия, нет ни на миг от них житья,
И ни минуты забытья не ведают от бед друзья.

Чти добрый лад любви земной: всю жизнь отдай любой ценой,
Когда такой, а не иной ждут за добро ответ друзья.

Все любят блага бытия, тех, у кого есть дом, семья,
А есть ли у таких, как я — кто дружбой не согрет,— друзья?

Я так убог и одинок, что в путь собравшись — в даль дорог,
Я спутников найти не смог — нейдут за мной вослед друзья!

Куда мне проложить следы — чьи ныне души не худы?
Враги мне дарят пыл вражды, а ссоры и навет — друзья.

И, чтобы жил ты не скорбя, враждой державу не губя,
Да будут, шах, вокруг тебя мужи благих примет — друзья.

И тем, чья доброта — как мед, даруй усладу и почет,
Чтобы, как пчелы к меду сот, слетались на совет друзья.

Лишь среди роз, среди полян напев души, Мунис, медвян,—
Что ж ее, сникшую от ран, томить так много лет, друзья!

перевод Иванова С.Н.

4

Слово

Хоть возлюбленной подобно, было раньше в холе слово,
Но теперь черно от горя в нашей злой юдоли слово.

Как придет покой к поэту, коль судилища безмозглых,
Осмелев, на сто осколков грубо раскололи слово?

Нет ему в отчизне славы, нет ценителей достойных,
Скорбно по миру блуждает, точно ветер в поле, слово.

Тягостна судьба поэта, добродетель не в почете.
Благодарного признанья не находит боле слово.

Не расходуй красноречья, если покоя хочешь.
Вместо золота отрады даст лишь камень боли слово.

Как и люди, что за правду отданы на поруганье,-
Под полою униженья будет жить доколе слово?

Ах, Мунис, какое слово можешь ты сказать народу,
Если, став подобным праху, не имеет воли слово!

перевод В. Липко

5

Едва лишь ты вымолвишь ладное слово -
В устах твоих сладко усладное слово.

Твой лик - лукобровый, ты - месяц мой новый,
Ты - солнце мое, ты - отрадное слово.

Не грех, если горе тебе я открою, -
Кому ж и сказать мне досадное слово!

Клевещут враги на меня исступленно -
Не слушай их: лживо злорадное слово.

О, будь осторожна и взвесь свои речи:
Больнее камней беспощадное слово.

Не следует явное смешивать с тайным:
Обманчиво смыслом нарядное слово.

Людское злословие ранит и студит -
Согрей, если сможешь, прохладное слово!

Мунис, перлы слов преврати в самоцветы -
Прекрасно, о боже, лишь складное слово.

перевод Иванова С.Н.