У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

Амальград форум - арабская, персидская, ближневосточная культура

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



О межкультурных различиях и их восприятии

Сообщений 61 страница 80 из 81

61

Научили бы нас, уважаемая russo, хотя бы читать по-грузински. А то учебник Кекелиа, который я откопал в сети - такой тоскливый...

62

Раньше,когда я бывал в Грузии и общался там с русскоязычными коллегами, знающими грузинский,мне говорили,ссылаясь на классиков, что грузинский язык в понимании его расширяет познания говорящего на нём до основных понятий мировых языков - Важная особенность культурных корней этого языка.

63

Митридат написал(а):

Таджики и киргизы друг друга, как мне показалось, не любят и без надобности не общаются.

Немного не так.
Горно-Бадахшанская автономная область Таджикистана граничит с Киргизией. Еще в стародавние времена, когда дорог не было, проще было дойти до Оша, чем до Гиссара. Ошцы слыли искусными мастерами изделий из кожи. Особенно в условиях высокогорья ценились «ичиги» (точное название не знаю). Надетые поверх "джурабов" (теплых носков) они были просто незаменимы. И торговцы с Оша ходили со своим товаром до Дарваза и дальше. Так что дружили и дружим. Не все конечно и не везде. Но это как и везде.

Отредактировано Zolizar (2009-10-17 09:37:04)

64

Zolizar написал(а):

Митридат написал(а):
Таджики и киргизы друг друга, как мне показалось, не любят и без надобности не общаются.Немного не так.
Горно-Бадахшанская автономная область Таджикистана граничит с Киргизией. Еще в стародавние времена, когда дорог не было, проще было дойти до Оша, чем до Гиссара. Ошцы слыли искусными мастерами изделий из кожи. Особенно в условиях высокогорья ценились «ичиги» (точное название не знаю). Надетые поверх "джурабов" (теплых носков) они были просто незаменимы. И торговцы с Оша ходили со своим товаром до Дарваза и дальше. Так что дружили и дружим. Не все конечно и не везде. Но это как и везде.
Отредактировано Zolizar (2009-10-17 09:37:04)

Соседние народы, как правило, не очень любят друг-друга, даже родственные. Испанцы недолюбливают португальцев, французы - англичан и немцев, чехи мадъяров, японцы корейцев и т.д. Про Кавказ - особенно распространяться не буду. Там все друг-друга не любят. Особенно народы Дагестана.Торговать, конечно, торгуют, общаться общаются, но особой любви друг к другу не испытывают. Это и естественно. С отдаленными народами сталкиваешься реже и делить с ними нечего. Например, какой резон грузину не любить японца, которого он видел только по телевизору или на фотках и от существования которого ему ни жарко, ни холодно?

65

Faridbey написал(а):

Соседние народы, как правило, не очень любят друг-друга

Есть такой афоризм: дружат через соседа.

66

Faridbey написал(а):

С отдаленными народами сталкиваешься реже и делить с ними нечего. Например, какой резон грузину не любить японца, которого он видел только по телевизору или на фотках и от существования которого ему ни жарко, ни холодно?

США, вроде бы тоже отдаленный народ для всех, кроме мексиканцев и канадцев. Однако от их существования многим то жарко, то холодно, как при перемежающейся лихорадке...

67

Elion написал(а):

США, вроде бы тоже отдаленный народ для всех, кроме мексиканцев и канадцев. Однако от их существования многим то жарко, то холодно, как при перемежающейся лихорадке...

От зависти.

68

Elion написал(а):

США, вроде бы тоже отдаленный народ для всех, кроме мексиканцев и канадцев. Однако от их существования многим то жарко, то холодно, как при перемежающейся лихорадке...

Дык сверхдержава же.
От существования Советского Союза тоже было то жарко, то холодно не только тем, у кого с ним была общая граница. Да и нынешняя Россиия тоже стремится к тому же.

69

klaus написал(а):

От зависти

От чего бы ни было.

Ernster написал(а):

От существования Советского Союза тоже было то жарко, то холодно не только тем, у кого с ним была общая граница

Что еще раз доказывает правильность моей реакции ("США, вроде бы тоже отдаленный народ для всех, кроме мексиканцев и канадцев. Однако от их существования многим то жарко, то холодно, как при перемежающейся лихорадке...") на слова Фаридбея:

"С отдаленными народами сталкиваешься реже и делить с ними нечего. Например, какой резон грузину не любить японца, которого он видел только по телевизору или на фотках и от существования которого ему ни жарко, ни холодно?"

Частично правильно, конечно, но это относится не ко всем народам. Тем более - к супердержавам. И даже к тем, которые не совсем супер. Вспоминаю беседу с одним американцем где-то в начале этого тысячелетия (профессор, тогда он ездил у себя по штатам и читал предпринимателям лекции о том, как правильно строить свои отношения с профсоюзами), который сказал: "Вы, наверное, думаете, что вы - наш враг №1? Ошибаетесь, вы нам вовсе не страшны. А вот кого действительно опасаются наши военные, так это Китай в Азии и Германия в Европе!"

Или, скажем, Бразилия и Китай. Бразильцев мы действительно видим только в мыльных сериалах  и от их существования действительно ни жарко, ни холодно. А вот о китайцах россиянин так думать не может.

Много можно привести примеров (желательно не углубляться в политику).

Правила, чтобы быть человеком:

Отредактировано Elion (2009-12-28 15:41:58)

70

Как мне кажется, в постижении специфики национального характера того или иного мусульманского народа существуют определённые трудности. В первую очередь мы обращаемся к соответствующей литературе, но здесь мы сталкиваемся с неизбежным субъективизмом (безотносительно, кто является создателем аналитических работ - европеец или житель Ближнего Востока). Этот субъективизм порождён мировоззренческими установками авторов, их жизненным опытом, целью написания работы.
        Особенно трудным выглядит понимание менталитета исламских народов минувших исторических эпох. Мы, естественно, не в состоянии отправиться в империю Великих Моголов или державу Сефевидов, чтобы на месте провести "полевые" исследования. Доверять же сообщениям древних хронистов, европейских путешественников и колониальных чиновников нужно с большой осторожностью, помня о том, насколько их ангажированным может быть их мышление.
        В силу вышесказанного существуют крайне противоречивые сведения, касающиеся национального характера одного и того же народа в одну и ту же историческую эпоху. Приведу конкретный пример. Несколько лет назад меня интересовал вопрос общественного сознания и быта иранцев накануне конституционного движения 1896 - 1906 гг. Я обратился к трудам двух европейских исследователей, живших в Персии в 1870-х гг. и знавших её обычаи - запискам члена российского Императорского географического общества П. Огородникова и книге английского ираниста-филолога Э. Броуна. В итоге картина для мене не только не пояснилась, но стала ещё более запутанной. Если первый автор негативно относился к нравам всех социальных слоёв каджарской монархии, смакуя неприглядные подробности, то второй исследователь впал в апологетику. (Огородников П. Очерки Персии. СПб.: Тип. товарищества "Общественная польза", 1878. - 396 с. Скачать книгу можно тут: http://farhang.al-shia.ru/ogorodnikov.html . Browne E. Year Amongs the Persians. Cambridge Univ. Press, 1927. - 296 p.)
        Касаясь недостатков западных публикаций, посвящённых менталитету современных мусульманских народов, необходимо отметить следующий момент. Некоторые авторы не уделяют должного внимания воздействию Традиции на повседневную жизнь мусульман, вследствие чего изображаемая ими картина становится искажённой. Успехи модернизации Турции, Египта, Алжира, Туниса и других стран Востока, появление там секулярно мыслящего среднего класса, его европеизированный образ жизни создают иллюзию, что Традиция умерла или используется одними религиозно-политическими экстремистами. Однако, это совсем не так!
        Что я имею в виду под ёмким словом "Традиция"? Канонический механизм регуляции повседневного поведения мусульманина от Марокко до Индонезии, состоящий из трёх частей: адаба, адата и такаллофа.
        Под адабом понимается свод конкретных правил "наиболее достойного" (аль-аслаh) и "наиболее приличествующего" (аль-алйак) поведения относительно той или иной вещи или человека. Эти правила, базирующиеся на шариате и получившие детальную разработку в каламе, имеют универсальное значение для суннитов и "ортодоксальных" шиитов. Замечу, что шариат особо выделяет такие категории поведения как ваджиб (обязательное) и мандуб (рекомендуемое).
        Под адатом понимаются обычаи у ряда мусульманских народов, противостоящие шариату. Отношение мусульманских правовых школ к адату, как известно, неоднозначно: если ханифитский масхаб относится к нему терпимо, то ханбалитский масхаб, наоборот, отличается крайней жёсткостью. Нормы адата имеют особую силу в обществах, находящихся на периферии исламского мира и тех странах, которые до прихода ислама уже обладали развитой самобытной культурой.
        Под такалоффом понимается этикетное поведение (прежде всего, формулы речевого этикета), не соотносящееся напрямую с шариатом. В такаллофе уделяется много внимания внешнему, "театральному", чем он, собственно, и отличается от адаба, серьёзного регулятора общества. Адаб призывает человека сделаться лучше, такаллоф - казаться лучше. Иными словами, такаллоф построен на принципе "казаться, а не быть". Он чем-то сродни куртуазной манере общения французской аристократии XVIII века или поведению образцовых джентльменов викторианской Англии.
        Все три регулятора до сих пор воздействуют на общественную и частную жизнь исламского мира, иногда самым необычным образом. Игнорировать это воздействие - значит, не понимать подоплёки некоторых политических процессов, происходящих там или стимулировать предвзятое отношение к мусульманским народам.
        Возьму, к примеру, Иран. Политологи, анализируя нынешню борьбу либеральных и консервативных сил в этой стране, удивляются, почему столь многочисленная и активная иранская молодёжь, выступающая за демократию, до сих пор не создала никакой влиятельной независимой организации? Почему она предпочитает ориентироваться на умеренное крыло правящего духовенства? Ответ кроется в правилах адаба. В исламе (особенно, шиизме) существует норма беспрекословного следования духовным авторитетам, т. н. "образцу для подражания" (на перс. яз. марджайе таклид). Именно это обстоятельство и обуславливает относительную пассивность вольнодумствующих иранцев, пытающихся найти себе лидеров из числа религиозно-политической элиты, нежели самим стать такими лидерами (как это было, скажем, в СССР на излёте перестройки).
        Европейские туристы, посещающие Тегеран, порою возмущаются непоследовательностью местных продавцов и таксистов. Почему "хитрые азиаты" сначала наотрез отказываются от денег, долго создавая впечатление, что готовы работать бесплатно, а под конец без зазрения совести обдирают иностранца как липку? Тут мы имеем дело с такаллофом. Зачем своей напористостью расстраивать покупателя? Этикет требует оттягивать неприятную процедуру до последнего момента, ибо психологический комфорт собеседника превыше всего.
        Что касается адата в широком смысле, то его мощное влияние на поведение персов лучше всего демонстрируется их приверженностью празднованию Навруза (существует устойчивая примета, что если человек 20 - 21 марта не накроет стола хафт-син, в наступившем году его ожидают несчастья).
        Среди западных востоковедов-этнографов, политологов и просто публицистов существует ещё одна крайность, вследствие которой у рядового читателя создаётся превратное представление о менталитете мусульман. Такие авторы абсолютизируют влияние Традиции на умы исламских народов, забывая о том, что процессы культурной глобализации всё-таки затронули даже такую консервативную страну как Саудовская Аравия. Иногда подобная "забывчивость" происходит сознательно в политических целях. Например, демонизируя иранский теократический режим, некоторые американские публицисты указывают, что руководство ИРИ в своей внешней политике неизменно руководствуется шиитским принципом такийя. (Этот принцип допускает ложь и клятвопреступления верующего, живущего во враждебной среде; некоторые шиитские богословы обосновывают его правомочность сурой "Пчёлы" Корана (16: 106)).
        Также появляется регулярно немало статей и художественно-публицистической литературы, муссирующей тему тотальной бесправности и забитости женщин в исламском мире. Из собственного опыта знаю, что в той же ИРИ существуют молодые эмансипированные иранки, сумевшие завоевать "своё место под солнцем" и способные самостоятельно устроить свою судьбу не хуже, чих западные "сёстры".

71

В рубрике "Наука и религия" муалим Gilavar недавно привёл впечатляющие факты, свидетельствующие о том, насколько глубоко укоренилось в сознании наших современников стереотипное восприятие людей других национальностей, в т. ч. и тех, которые ещё лет 20 назад проживали на территории СССР. Мне бы хотелось теоретически осмыслить эту проблему, тем более, что целью нашего форума как раз и выступает разрушение каких бы то ни было клише в отношении Востока.
        Предвзятое отношение народов к друг другу существовало ещё в глубокой древности и вряд ли исчезнет в будущем, несмотря на нынешний процесс культурной унификации человечества. Поразителен тот момент, что такое отношение присуще не только обывателям, но и интеллектуалам. В частности, классик античной философии Аристотель, будучи одним из вдохновителей Александра Македонского в его завоевательных походах, подчёркивал естественное право эллином господствовать над "изнеженными и деградирующими варварами". В трактате "Политика" философ называл государственный строй ахеменидской Персии одним из ярких примеров неправильной формы правления - тирании, при которой властитель, руководствуясь собственными капризами, подавляет волю всех своих подданных.
        Интересно отметить, что Аристотель, являясь современником Артаксеркса III и живо интересуясь событиями, происходившими в соседней сверхдержаве, не мог и помыслить о том, что она была меньше похожа на тираническое государство, чем милые его сердцу Афины в отдельные периоды истории. Если империя Ахеменидов напоминала матрёшку, в которой отдельные области обладали широкой автономией (в т. ч. малоазиатские греческие полисы с их гражданским обществом) и как бы встраивались в сатрапии, то афинская диктатура Писистрата представляла собой законченный тоталитарный режим.
        Аристотель, конечно, не имел недостатков в логическом мышлении, но, будучи образцовым греком, он искренне разделял широко распространённые тогда шовинистические взгляды и довольствовался информацией о Персии от ангажированных источников (тех же греков). Он явно не жаждал преодолеть рамки античных стереотипов!
        Вот в этом устойчивом нежелании понять другие, чуждые, народы лежит первоисточник предвзятого отношения к ним, о котором рассуждал уважаемый Gilavar. Современные социологи написали тысячи статей о национальных предрассудках и ксенофобии, объясняя эти явления историческим опытом того или иного народа, религиозными, политическими, экономическими и бытовыми факторами. Такое объяснение, безусловно, верно. Однако некоторые специалисты как-то упускают из вида некоторые черты психологии человека, имеющие универсальный характер и стимулирующие выработку стереотипов.
        Человеку, как правило, свойственно "зацикливаться" на том, что имеет для него утилитарное значение, и с чем он сталкивается в своей повседневной жизни. Всё остальное выходит за рамки его кругозора и как бы не существует. Один из иранских переводчиков тафсира к Корану с классического арабского на персидский заметил, что люди слишком ленивы, чтобы обстоятельно изучать иностранный язык, если в нём сейчас нет практической надобности.
        Эта характеристика природы человека кажется мне совершенно правильной. Лень, а точнее, нежелание тратить энергию на постижение чего-то такого, что не имеет прямого отношения к окружающей действительности, является главным препятствием для понимания далёких и непохожих на нас народов. (К слову замечу, что античные греки всегда видели в персах врагов, что было обусловлено международной обстановкой VI -IV вв. до н. э.; отсюда и ограниченность их суждений, прагматично связанных с внешнеполитическими реалиями.)
        Впрочем, когда человек ещё только вступает в жизнь и не обременён озабоченностью своим положением в обществе, он, наоборот, активно пытается постичь весь мир во всём его многообразии. Иной малыш задаёт своим родителям уйму бесполезных вопросов, чем нередко "достаёт" их: Если ракета сядет на Юпитер, что с ней будет? Какие движки стояли на цепеллинах? (А, правда, какие? Мой ребёнок замучил меня этим вопросом; я, профан, не знаю и мямлю в ответ что-то невразумительное). И т. д. и т. п.
        Затем проходят годы; ребёнок идёт в школу, оканчивает её, и в его познавательных установках наступают изменения. Поскольку цепеллины в реальной жизни больше не встречаются, он переключается на актуальные для себя проблемы: выбор перспективной профессии, повышение своего статуса и т. п. Восприятие мира им, к сожалению, может сузиться, пусть даже интеллект и "нужная" эрудиция растут. При этом человек зачастую сталкивается в быту с представителями других национальностей, хотя бы азербайджанцами, торгующими овощами на мелкооптовых рынках. По этим эпизодическим контактам и выстраивается в его уме ущербное представление о культуре и истории Азербайджана. Что такой "прагматик" знает о замечательном учёном0путешественнике Гаджи Ширвани или меценате Зейналабдине Тагиеве, если даже школьные знания о Крузерштерне или Рябушинском им за ненадобностью прочно забыты? Сушествует только конкретная реальность, в которой азербайджанцы продают картошку ... и точка!
        Впрочем, такой "конъюнктурный" человек по-прежнему совмещает в себе черты Homo Sapiens и Homo Ludens. Иными словами, он всё-таки нуждается в осмыслении бытия, пусть даже с позиций своего жизненного опыта, и во всевозможных развлечениях, чтобы заполнить свой досуг. Эти моменты также цементируют стереотипы и клише.
        С одной стороны, для удовлетворения своей тяги к знаниям человек зачастую обращается к литературе по исторической тематике, написанной в жанре "фолк-хистори" и не имеющей ничего общего с подлинно научными работами. Асов, Бушков, Мулдашев, Петухов и прочие "классики" этого жанра не только затуманивают сознание неискушённого в истории читателя, но и закрепляют в его уме фантастические концепции, которые порождают новые стереотипы!
        С другой стороны, шоу-скетчи типа "Наша Russia", издевающиеся над поведением и речевым этикетом таджиков также не способствуют адекватному восприятию нашими соотечественниками народов Среднего Востока и воспитанию уважения к ним.
        Более того, массовая культура, имеющая универсальный на Западе характер, привыкла оперировать ярлыками. На многие неевропейские страны наклеиваются стандартные "эткетки": какие именно удовольствия они могут предложить европейскому потребителю; или, наоборот, чем опасна страна для современного европейца. Благодаря таким "этикеткам" Япония стойко ассоциируется у нас с современной электроникой и роботами-игрушками, супергероями-нинзя, гейшами и самурайским кодексом чести; Китай - с фэн-шуй, монастырём Шаолинь, Джеки Чаном и дешёвыми бытовыми товарами; Индия - с "загадочными" религиозно-эзотерическими учениями, Гоа и Болливудом; Египет - с не менее "загадочной" эпохой фараонов, курортами и танцами живота; "зона риска" в виде Ирака, Ирана, Афганистана и Пакистана - с террористами, религиозным мракобесием, наркотиками, женщинами-рабынями и угрозой международной безопасности. Как трудно разбить все эти ярлыки!

72

Кавэ написал(а):

Приведу конкретный пример. Несколько лет назад меня интересовал вопрос общественного сознания и быта иранцев накануне конституционного движения 1896 - 1906 гг.

Чтобы это понять изнутри нужно обратиться к опыту журнала "Молла Насреддин". 80% тиража этого журнала шел в Иран.

Есть еще эпопея г-на Шапшала, международного талантливого авантюриста и ученого...

Кавэ написал(а):

С одной стороны, для удовлетворения своей тяги к знаниям человек зачастую обращается к литературе по исторической тематике, написанной в жанре "фолк-хистори" и не имеющей ничего общего с подлинно научными работами.

В свое время сэр Артур Конан Дойл написал историческую эпопею "Белый отряд", где проводилась весьма прискорбная мысль о том, что в период Столетней войны англосаксы не трогали французских женщин и детей. А вот французы коварно нападали на англичан. Этот факт, самым вопиющим образом противоречивший историческим реалиям весьма льстил национальному самосознанию англосаксов, презрительно взиравших на "лягушатников".

73

Gilavar написал(а):

Этот факт, самым вопиющим образом противоречивший историческим реалиям весьма льстил национальному самосознанию англосаксов, презрительно взиравших на "лягушатников".

Подобных примеров противоположной оценки в беллетристике одинаковых исторических реалий существует более чем достаточно! Хотя бы взять то, какими знатоками индийской культуры и джентльменами изображаются английские колониальные офицеры и чиновники у Р. Киплинга (в частности, его роман "Ким"), и какими ограниченными монстрами-расистами у некоторых индийских писателей (со школьных времён сохранился у меня роман некоего В. Вармы о героине сипайского восстания 1857-59 гг. Лакшми Бай, написанный в "лучших" традициях советского соцреализма). По-видимому, истина где-то рядом... то есть посередине!

Спасибо за упоминание караима Шапшала. Я знал, что он, будучи советником шаха, наряду с полковником местной казачьей бригады Ляховым, принимал деятельное участие в разгоне первого иранского меджлиса в 1908 г., однако, даже не подозревал что он был воспитателем Мохаммада-Али Каджара и пользовался неограниченным доверием у этого монарха. Всегда его имя ассоциировалось с филологическими и историческими изысканиями, посвящёнными караимским общинам Крыма, Литвы и Польши. Нашёл только что в Интернете несколько больших аналитических статей, посвящённых его иранской карьере. (в частности, в журнале "Восток". № 5 за 2007). Иншалла, по приложенным библиографиям доберусь и до непосредственных его собственных очерков реалий старой Персии.

А то приходилось зачастую полагаться на доступные монографии советских востоковедов-историков! К сожалению, марксистско-ленинская методология с её экономическим детерминизмом и универсальным делением социума на антагонистические классы исключает пристальное внимание к духовной сфере персидского общества, отдельным бытовым деталям. Как, например, упрощённо в таких трудах рассматриваются причины появления идеологии бабизма и бехаизма!

74

Кавэ написал(а):

однако, даже не подозревал что он был воспитателем Мохаммада-Али Каджара и пользовался неограниченным доверием у этого монарха.

Феерическая личность. У меня есть статья о нем, опубликованная в газете "Зеркало".

75

Gilavar написал(а):

Феерическая личность. У меня есть статья о нем, опубликованная в газете "Зеркало".

Пожалуйста, не могли бы Вы указать выходные данные этой газеты, чтобы потом можно было найти статью в Интернете или в "бумажном варианте". Биогафия Шапшала, действительно, уникальна: оказаться в эпицентре бурных событий, связанных с иранским демократическим движением или оккупацией немецко-фашистскими войсками Прибалтики; уцелеть во время лихолетья, царившего в Закавказье в начале 1920-х гг. и геноцида, проводимого гитлеровцами на захваченных территориях; не попасть в лапы НКВД в 1940-м г.! Перипетии судьбы этого учёного, общественного деятеля и авантюриста оставляют далеко позади захватывающие приключения покорителя Индии Роберта Клайва или британского "шейха" Лоуренса Аравийского. Те, по крайней мере, были "казёнными людьми", находясь под серьёзной защитой Ост-Индской компании или Уайт-Холла, а Шапшал, как частное лицо, рисковал неизмеримо больше. Можно, правда, выделить один момент, сближающий троих персоналий: все они активно выступали проводниками западного влияния на Восток и, в конечном счёте, закладывали кирпичики в фундамент нынешней культурной глобализации со всеми её издержками и преимуществами.

Кстати, при упоминании Шапшала на ум приходит имя ещё одного известного человека, подвизавшегося на ниве сближения Запада и Востока, загадочного писателя Курбана Саида, современника Шапшала. Он известен своим романом "Али и Нино", написанным на немецком языке и впоследствии переведённом на многие другие языки мира (в честь этого мелодраматического, даже черезчур сентиментального, произведения, повествующего о любви потомка карабского хана и грузинки-христианки, в Баку назван крупный книжный магазин). Интересно было бы узнать, кто скрывался за псевдонимом "Курбан Саид"? Литературоведы спорят до сих пор, называя минимум несколько имён!

76

Кавэ написал(а):

Пожалуйста, не могли бы Вы указать выходные данные этой газеты, чтобы потом можно было найти статью в Интернете или в "бумажном варианте".

Увы, полный текст этой статьи сейчас найти сложно. Но, если желаете, могу выслать Вам ее на электронную почту. Свяжитесь со мной по ЛС.

Кавэ написал(а):

Интересно было бы узнать, кто скрывался за псевдонимом "Курбан Саид"?

Без всякого сомнения, за псевдонимом "Курбан Саид" скрывался еще один талантливый авантюрист, Лео Нуссельбаум.

Кавэ написал(а):

Литературоведы спорят до сих пор, называя минимум несколько имён!

Основная битва идет между азербайджанским писателем Юсифом Чеменземинли и Лео Нуссельбаумом. Но лично я целиком и полностью на стороне версии о авторстве Лео Нуссельбаума. Дело в том, что автор "Али и Нино" демонстрирует малопонятное для азербайджанского читателя незнание некоторых элементарных реалий Кавказа и Ирана начала двадцатого века. Эти лакуны, по меньшей мере, выглядят странно... Он путает шиитские обычаи с суннитскими, неверно описывает быт тюрков, грузин, армян и других южнокавказских народов. А главное! в его романе очень сильны мотивы "тимпанов и кимвалов": роковые страсти, умопомрачительные и сверхсексуальные восточные красавицы, коварные злодеи и противостоящие им романтические герои, сверкание шашек и кинжалов, пышные пиры и потрясающая роскошь, черкески и бурки, гаремы и покорные рабыни у ног надменных господ, курящих неизменный кальян.

Все это очень не похоже на азербайджанскую прозу, которая относится к "кимпанам и тимвалам" с неизменной иронией, переходящей в открытое презрение. И, разумеется, азербайджанский автор не совершал бы таких фатальных ошибок при описании культурного ландшафта.

О Лео Нуссульбауме - разговор особый. Также отдельной темой является причина, по которой азербайджанская культурная среда стала неистово претендовать на этот, по моему твердому убеждению, весьма посредственный в художественном и эстетическом плане, роман.

77

Кавэ написал(а):

...загадочного писателя Курбана Саида, современника Шапшала. Он известен своим романом "Али и Нино", написанным на немецком языке и впоследствии переведённом на многие другие языки мира (в честь этого мелодраматического, даже черезчур сентиментального, произведения, повествующего о любви потомка карабского хана и грузинки-христианки, в Баку назван крупный книжный магазин).

Gilavar написал(а):

О Лео Нуссульбауме - разговор особый. Также отдельной темой является причина, по которой азербайджанская культурная среда стала неистово претендовать на этот, по моему твердому убеждению, весьма посредственный в художественном и эстетическом плане, роман.

Это печальная история... История, так сказать, в духе боденшдатовской авантюры. На самом деле - весьма и весьма слабое произведение, тем не менее, в силу ряда обстоятельств, сумевшего стать знаменитым в определенных европейских кругах. Ибо повествует о тех самых "тимпанах и кимвалах", до которых столь охочи европейцы: "...но вот открылся полог из тончайшего газа и перед взором изумленного странника показалась женщина неземной красоты, чей гибкий стан был перетянут золотым поясом...". Престижность - вот ключ. А азербайджанская культура, к сожалению, не сумела набрать критическую массу, после которой серьёзная литература становится вещью в себе - она не нуждается в поощрительном похлопывании иностранных знатоков по плечу, ибо у нее свои знатоки, ничем не хуже. Моим соотечественникам необходимо сознание того, что хотя бы один азербайджанский роман сумел получить мировое признание - и ради этого они готовы закрыть глаза на все, в том числе на его откровенную мизерабельность.

Наш вэликий поэт Шота Руставели, который болэ вэликий, чем Шэкспир... (из кавказского юмористического эпоса).

И вот уже именем шибко страстной кавказской пары престижные книжные магазины называют.

Как художественное произведение он просто-напросто несопоставим с творениями писателей начала двадцатого века. И тем не менее, азербайджанизация шла таким полным ходом, так что уже в местных изданиях автором "Али и Нино" указан Юсиф Чеменземинли. Кстати - тоже автор уровня посредственного, но с абсолютно иным стилем. Достаточно стилистически сравнить его произведения с "Али и Нино" - все сразу станет на места свои.

78

О некоторых критических ошибках в "Али и Нино":

1. Сестра Али Ширваншира, правоверного, судя по описанию, шиита, носит удивительное имя Аиша. Дать ребенку женского пола такое имя было бы неслыханным неприличием в шиитской среде. А мальчикам никогда не дают имена Омар, Абу Бекр, Осман. В Азербайджане даже сейчас это самый надежный способ отличить тюрок-суннитов запада от шиитского, в основном, населения Ширвана и Баку.
2. Придурковатый Насреддин шах и его советник описаны в самых романтических тонах. Лично я сомневаюсь, чтобы в Азербайджане в тот период нашелся бы человек, который отозвался бы об этом деятеле положительно. Даже сейчас во всех увеселительных заведениях и кальянных притонах моего славного города на кальянах красуется брито-усатая бравая морда этого повесы и гуляки, вся обвешанная дурацкими орденами и бриллиантовыми звездами.
3. Выплывает несуразнейшая деталь: жители Южного Азербайджана, видите ли, путешествуют на автобусах. До сих пор на центральной площади Тебриза стоит памятник "qonka heykəli", - сиречь, элементарной конке. Дороги же Ирана были сплошь грунтовые, слишком отвратительные для механического транспорта. А тут - автобусы (!!!): "- ...а дом распишем снаружи и изнутри синими цветами. - Цветы ему только что пришли в голову. Он сказал это - и сам испугался. - Для чего же цветы? - хрипло спросила Гюльджан. - Для красоты! - объявил Ходжа..." (с). Какие тут уж автобусы!
4. Нормально описан только Губернаторский садик в Баку. Все остальные описания - откровенно фантазийны. Что плавно подводит меня к мысли о пухлом мальчике в матроске, милом Лео, во времена мимопрошедшие бегавшем именно по этому садику...

...

... и et cetera, имя этим фантазиям и прочим "тимпанам с кимвалами" - миллион.

79

Gilavar написал(а):

Все остальные описания - откровенно фантазийны. Что плавно подводит меня к мысли о пухлом мальчике в матроске, милом Лео, во времена мимопрошедшие бегавшем именно по этому садику...
...

Совершенно верно!!!! Исторический фон, на котором разворачивается действие романа, создаёт впечатление чего-то опереточного. Совершенно очевидно, что автор книги жил в Баку непродолжительное время и вряд ли знал досконально культурные реалии региона.
        Упоминание о том, что автобусы колесили по окрестностям Тебриза в 1910-х гг., выглядит как откровенная хохма. О каких иранских автобусах того времени вообще может идти речь, если в более развитой России этот вид транспорта стал использоваться лишь в годы НЭПа!
        Имя одной из героинь романа, Айша, точно также вызывает недоумение, на что совершенно правильно указал уважаемый Gilavar. Ведь азербайджанцы - шииты, и хорошо известно, как негативно относится шиизм к этой супруге Пророка Мохаммада. Айша не только настроила против Али мекканскую знать во главе с аз-Зубайром, спровоцировав первый военный конфликт в умме, но и лично в праздничном облачении присутствовала на битве. Авторитетные муджтахиды Наджафа полагают, что она, тем самым, бесцеремонно нарушила предписание Корана. (В Коране в отношении женщин сказано: "И оставайтесь в своих домах и не надевайте своих украшений, как одевают невежественные из вас" (33:33).)
        В книге имеется много других нелепиц, свидетельствующих о том, что её автор Курбан Саид плхо понимал жизнь закавказских мусульман дореволюционной эпохи. (Кстати, само имя "Саид" - написание не азербайджанское и не персидское; точнее было бы "Сеид".) В современном, более свободном, бакинском обществе можно представить себе главного героя, целующегося с будущей женой на всеобщем обозрении, но этого никак не могло произойти 100 лет назад. Отец главного героя, ревностный мусульманин, принял как должное его жену-грузинку, убеждённую "кафирку", и даже не пожурил сына, что более чем странно. Наконец, непонятно, почему консервативно настроенный отец добровольно направляет своего отпрыска на учёбу в бакинскую русско-туземную гимназию, хотя подобные учебные заведения были превращены кавказским наместником графом Воронцовым-Дашковым в основное средство русификации местного населения.
        В описании исторических реалий также встречается множество клише и условностей. Например, дядюшка главного героя, важный иранский сановник, совершающий визит в Баку, изображён при помощи штампов "а ля Восток", явно рассчитанных на западных читателей. Тут и закутанные три жены, путешествующие в сопровождении двух (!) евнухов, и окрашенная хной борода, и традиционный халат... Однако хорошо известно, что иранская аристократия данной эпохи уже была настолько вестернизирована и настолько отделена культурным барьером от низших слоёв общества, что получила от последних широко распространённое презрительное прозвище "фоколи"(т. е. "носящие пристяжные европейские воротнички; искаж. франц. словосочетание).
        В свою очередь, описание падения режима мусаватистов дано автором настолько отстранённо и метафорично, что больше подходит для какого-нибудь "фэнтэзийного" романа в стиле Толкиена, нежели для изображения исторической драмы. Увы, всё это лишь усугубляет превратные представления об азербайджанских и иранских реалиях 1910 - 20-х гг.
        Одним словом, недостатки этой книги таковы, что на их фоне другой популярный в Азербайджане сентиментальный роман - "Шестой этаж пятиэтажного дома", написанный современным прозаиком Анаром, является настоящей энциклопедией бакинской жизни времён брежневского застоя.
        Однако, как это ни парадоксально звучит, мне бы всё-таки хотелось порекомендовать "Али и Нино" тем форумчанам, которые интересуются историей и культурой стран Среднего Востока. Казалось бы, что можно добавить в противовес приведённой выше антирекламе? Но, с другой стороны, чем плоха романтическая, написанная с большим воодушевлением, сказка, если она может стимулировать интерес читателя к подлинному Востоку? В конце концов, тяга к познанию "серьёзных материй" зачастую является результатом увлечения чем-то уж совсем "детским" и несерьёзным. Одна моя знакомая с головой ушла в мир Древнего Китая, его философии и мифологии, после того, как прочитала шаблонный роман-"фэнтэзи", написанный на основе китайских и манчжурских легенд. Да что уж греха таить, первопричиной моего интереса к эволюции персидской культуры также стали "попсовые" песни иранки-эмигрантки Лейлы Форухар!
        Русский перевод романа Курбана Саида "Али и Нино" можно найти здесь:

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

        С биографией Лео Нуссимбаума (Курбана Саида), наиболее вероятного автора романа, эксцентричного чудака, влюблённого в исламский Восток и жившего в Германии и Италии во время господства там фашистских диктатур (совсем не располагавших к увлечениям подобного рода), можно ознакомиться здесь:

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

        Наконец, подлинная картина культурной жизни мусульман Баку в конце XIX -начале XX вв. (от "нефтяной лихорадки" до распада Российской империи) представлена в эссе азербайджанского историка Манафа Сулейманова. Работа построена исключительно на документальном материале, но, тем не менее, отличается лёгкостью стиля и необыкновенной увлекательностью, открывая перед нами неизвестные стороны жизни дореволюционного Азербайджана. С русским переводом этого труда можно познакомиться:

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

80

Кавэ написал(а):

Совершенно верно!!!! Исторический фон, на котором разворачивается действие романа, создаёт впечатление чего-то опереточного. Совершенно очевидно, что автор книги жил в Баку непродолжительное время и вряд ли знал досконально культурные реалии региона.

Отличный анализ, Кавэ! Респект.

Кавэ написал(а):

О каких иранских автобусах того времени вообще может идти речь, если в более развитой России этот вид транспорта стал использоваться лишь в годы НЭПа!

Помниться, я читал техническое описание первого московского "линкора", который курсировал еще до той поры, когда возросший пассажиропоток мировой столицы сделал необходимым амбициозный советский проект - создание сети метро. Было это, как вы совершенно верно отметили, во времена НЭП-а и вызвало немалый шокинг обывателей, как и появление первых такси, похожих на "новенькие браунинги", как лихо повествуют в своем авантюрном романе о сыне турецко-подданного Ильф и Петров. :-)

А тут - Иран, каджарский Иран, полуколония России, Англии, Франции и иже с ними! Машрута - плод доведенного до отчаяния народа, самым хамским образом изрубленные легионерскими саблями женщины, умирающие в судорогах в деревнях дети, бредующие в поисках хлеба насущного в Россию толпы голодных; девушки, проданные в рабство в одиннадцатилетнем возрасте - и автобусы! :-) Воистину, Курбан Саид переплюнул по комизму знаменитую пару российских шутников.

Кавэ написал(а):

В современном, более свободном, бакинском обществе можно представить себе главного героя, целующегося с будущей женой на всеобщем обозрении, но этого никак не могло произойти 100 лет назад.

Этого никак не могло произойти даже в пятидесятые годы двадцатого века. Даже сейчас серьёзное ухаживание совершенно исключает подобный экстрим. В этом смысле определенные круги стали куда более консервативными, чем в советские времена. А часть общества радикально вестернизировалась. Учитывая, что поляризация идет полным ходом, не удивлюсь, если произойдет частичный "обратный откат".

Кавэ написал(а):

В свою очередь, описание падения режима мусаватистов дано автором настолько отстранённо и метафорично, что больше подходит для какого-нибудь "фэнтэзийного" романа в стиле Толкиена, нежели для изображения исторической драмы.

Толкиен... хорошее сравнение. :-) Отчаянная оборона Бресткой крепости главного героя, при котором он пачками "кладет" из пулемета наступающие русские колонны, имеет настолько бурлесковый характер для человека, знающего реалии захвата власти большевиками в Азербайджане, что не нуждается даже в критике. Имело место быть лишь пара эпизодических стычек по ходу продвижения бронепоездов к Баку. Крупнейшее гянджинское восстание азербайджанских частей и крестьянские бунты начались позже.

Кавэ написал(а):

Одним словом, недостатки этой книги таковы, что на их фоне другой популярный в Азербайджане сентиментальный роман - "Шестой этаж пятиэтажного дома", написанный современным прозаиком Анаром, является настоящей энциклопедией бакинской жизни времён брежневского застоя.

Бакинский роман... К сожалению, русскоязычный бакинский роман недооценен. Все эти грустные интеллигенты-неудачники и отверженные женщины... Тем более, что с гибелью СССР русскоязычие в Баку не умерло, но получило "второе рождение"; и уже с таким азербайджанским акцентом, что впору говорить о целом языковом феномене. В определенном смысле, новый русскоязычный бакинский роман противоположен старому. Особенно, учитывая, очень сильные протестные настроения именно в среде русскоязычной молодежи... Среди моих любимцев современного русскоязычного романа - Самит Алиев и Таир Али. Такая талантливая молодежь прорастает... хотя бы Билал Алиев... к сожалению, не очень дружат с грамматикой и чудовищные пессимисты (но это характерно для молодых...). Азербайджанцы органически льнут к фовизму, что в изобразительном исскустве, что в литературе; это во многом характеризует национальный характер.

Кавэ написал(а):

Наконец, подлинная картина культурной жизни мусульман Баку в конце XIX -начале XX вв. (от "нефтяной лихорадки" до распада Российской империи) представлена в эссе азербайджанского историка Манафа Сулейманова.

Не менее увлекательная, но к сожалению, совершенно неизвестная русскоязычному читателю картина дореволюционного азербайджанского общества представлена в труде Сарабского "Kö
hnə Bakı" - "Старый Баку". Сейчас это самый настоящий раритет; сомневаюсь, чтобы он когда-нибудь переводился на русский язык.